Миколай Криштоф Радзивилл сиротка (1549 – 1616) – политик, меценат, путешественник

МИНИСТЕРСТВО  ОРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

 «УО» БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ 

Кафедра экономической истории 
 
 
 

Реферат 

по дисциплине: История Беларуси

на тему: «Миколай Криштоф Радзивилл сиротка (1549 – 1616) – политик, меценат, путешественник» 
 

Студент

ФМЭО, 1-й курс, ДАЗ-1      М. Э. Юшкевич 

Проверил

           Г. Н. Бущик 
 
 
 
 
 

Минск 2011

Содержание

Введение……………………………………………………………………..3

1. Детство и юность Миколая Криштофа………………………………….4

2. Политическая и военная деятельность………………………………….8

3.Путешествие в Иерусалим………………………………………………17

4.Жизнь после путешествия………………………………………………23

Заключение………………………………….……………………………...26

Список  используемых материалов……………………………………….26 
 

Введение

Миколай Криштоф  Радзивилл Сиротка – один из величайших белорусов. С поры юношества он осознавал  своё знатное происхождение и  стремился быть похожим на своих  именитых предшественников, понимая, что  уже сама фамилия его достойна уважения. Поэтому он признавался: «…Радзивиллом  я буду, хотя никакой должности  не получу, достаточно мне и этого». В своё время был самым богатым магнатом в государстве. Остался в мировой истории как один из делегатов, приглашающих Анри Валуа на престол короля польского и Великого князя Литовского, а также участник подписания Брестской унии. При нём Несвиж получил макдебургское право, была напечатана первая карта ВКЛ, а также издана книга «Иерусалимское паломничество Миколая Криштофа Радзивилла, князя на Олыке и Несвиже, графа на Шидловце». Миколай Криштоф – один из интереснейших личностей своего времени. И потому мой реферат именно о нём. В реферате 26 страниц.

1. Детство и юность Миколая  Криштофа

Судьба  напророчила ему долгую для своего времени жизнь. Родился Николай  Криштоф Радзивилл 12 июля 1549 года, умер 28 февраля 1616-го. Прожил  почти шестьдесят семь лет. Отец его, Николай Радзивилл  Чёрный, как известно, только пятьдесят, а некоторые из их рода и того меньше.

Прозвище  Сиротка он получил от великого князя  литовского Сигизмунда II Августа якобы за то, что отказался от убеждений своего отца, а для этого нужно было иметь твёрдый характер. Правда,  более правдоподобной кажется другая версия, которой, кстати, придерживались и сами Радзивиллы. Произошло всё ещё тогда, когда Николай был совсем ребёнком (в некоторых источниках указывается, что он был младенцем). Родители его, проживавшие в королевском дворце, были приглашены на какие-то торжества, а уснувшего мальчика оставили в соседней комнате в кроватке. Но, поскольку громко играла музыка, все вовсю веселились, ребенок от шума проснулся и, увидев, что никого нет поблизости, громко расплакался (в одном из источников говорится, что он ходил по пустому залу). Как раз в этот момент рядом проходил Сигизмунд II Август, который был женат на Барбаре Радзивилл, двоюродной сестре Николая Радзивилла Чёрного. Он поспешил в комнату, из которой доносился плач, взял мальчика на руки и стал укачивать его, при этом шутя приговаривая: «Сиротка ты мой. Никому не нужен ты, все от тебя отказались». Это услышали придворные, которые с умилением начали пересказывать случившееся. Так постепенно за Николаем Криштофом и закрепилось прозвище сиротка, тем более что дал его король. А выделяться как-то хотелось среди других носителей родового имени – Николай, а точнее – Миколай.

Миколай Криштоф был вторым из Радзивиллов, родившихся в Несвиже. Любимец отца, он рос живым и любознательным мальчиком. Чёрный возлагал на него большие надежды, думая, что со временем  Миколай Криштоф продолжит дело, начатое им. Начальное образование  Сиротка вместе со своими тремя младшими братьями получил в родном городе, в протестантской школе, которую создал здесь его отец. Среди преподавателей школы были такие видные европейские литераторы и учёные, как Д. Бландарт, Ф. Станкир, Я. Тенадр, Д. Шоман. Знания здесь ученики получали основательные, воспитание – блестящее. Школа очень скоро после открытия стала пользоваться большим авторитетом, и многие магнаты Великого Княжества Литовского считали за честь учить там своих детей. Среди высокородных учеников несвижской школы был, кстати, и будущий канцлер Великого Княжества Литовского, блистательный политик  и дипломат Лев Сапега. Некоторое время он считался лучшим другом младших братьев Миколая Криштофа.

С ранних лет вобрал он в себя идеи реформаторства. Но приближаясь к годам юношеским, он попал под влияние молодых повес из числа аристократов, которые, считали себя последователями веселого грека Анакреона, отдавались вину, азартным играм и предавались ласкам страстных, но предосудительно ведущих себя женщин.

Конечно же, поведение сына не могло не беспокоить чету Радзивиллов, но напрасно они старались  отвадить юного Миколая Криштофа от дурной компании. В 1562 г. скончалась мать Сиротки, и по истечении траура, через год, отец решил отправить  сына на учёбу за границу, в Страсбургский  и Тюринский университет. Правда, некоторые исследователи считают, что он учился только в Лейпцигском  университете.

Первые  известия об успехах сына, полученные Чёрным из Германии, порадовали его. Смышлёный  юноша усердно «грыз гранит наук». Но старый князь прекрасно понимал, что его сын не отказывал себе ни в одном из тех предосудительных развлечений, какие только доступны студенту. Поэтому в конце 1563 г. В качестве рождественского подарка послал сыну вместе с лисьим мехом и 1000 талерами два экземпляра только что изданной Сымоном Будным «Библии», на польском языке.

Следующий год учения Сиротки доставил его  отцу еще больше переживаний, хотя начался  довольно удачно. В феврале 1564 года в Несвиж пришло письмо от Миколая  Криштофа, полностью написанное на латыни. В тексте не было ни одной ошибки. Значительными оказались успехи  юного Радзивилла и в других науках – об этом в переписке к письму сообщал доверенный слуга. Обрадованный отец тут же отослал в Страсбург своему студенту денег вместе с родительским наставлением. Он просил «сильнее приналечь на науку» и особенно на латынь. Однако в конце лета того же года до чёрного дошли слухи, что шведский король Эрик ХIV послал своих людей в Страсбург с тайным поручением похитить Сиротку. Эрик XIV искал возможность выкупить из польского плена своего союзника, герцога макленбургского Кристофа. Ему нужны были родовые заложники, на которых Сигизмунд II Август согласился бы обменять герцога. Наследник Чёрного, второй после своего монарха особы в ВКЛ, вполне мог сгодиться для этой цели. Старый Радзивилл всерьёз забеспокоился. Он срочно послал в Страсбург своего человека, чтобы если ещё что можно, спасти Миколая Криштофа. Сам же срочно выехал в Берестье, чтобы быть поближе к месту действия. В своём берестейском замке Чёрный с нетерпением ждал известия о судьбе сына. Шведам не удалось заполучить себе сына князя Радзивилла.

Переживания за Миколая Криштофа очень сильно пошатнули здоровье Чёрного, возможно даже ускорили его кончину. Это произошло в 1365 году. В неполные шестнадцать легкомысленный Миколай Криштоф превратился в главу семейства. И прозвище его, Сиротка, вдруг обрело совсем новый смысл.

Получив  известие о смерти отца, он немедленно выехал на родину. В слезах  искренних раскаяниях провёл молодой князь несколько месяцев в Несвиже, ежедневно посещая могилу отца. А потом его дядя Миколай Рыжий, согласно последней воле усопшего, отправил Миколая Криштофа в путешествие по Европе, которое длилось с 1566 по 1568гг. Сиротка изъездил всю Германию, побывал во Франции, Австрии, Италии. Некоторые исследователи считают, что в это время он не только любовался чужеземными красотами, но и продолжал своё образование в Лейпцигском университете.

Но молодости  свойственно искать себе учителей не только в науках, но и по жизни. Знакомство с тридцатилетним Петром Скаргой, будущим  проповедником, иезуитом, известным  религиозным и политическим деятелем, которое произошло в этот период, уверило Сиротку, что он нашел  того, кто сможет направить его  в этой жизни на путь истинный. Скарга восхитил молодого Радзивилла своими пламенными, яркими проповедями, наполненными искренней верой, убеждённостью  в божественной миссии католической церкви, разоблачительной силой. Под  его влиянием Миколай Криштоф  стал все больше и больше склоняться к мысли о том, что протестантизм  уводит человека от истинного понимания  божественного, делает его союз с Богом непрочным. К усилению сомнений Сиротки в вере его отца «приложил руку» также и хитрый политик, папский нунций Ян Камедони. Это привело к тому, что в 1567 году Радзивилл перешёл в католичество.

Вскоре  после этого Сиротка вернулся на родину. Там его с нетерпением  ждал сосед, граф Юрий Ильинич. У красивого  сильного мужчины в расцвете лет  вдруг появились странные предчувствия. Он решил, что скоро умрёт. Поскольку он не был женат и не имел наследника, то пожелал передать все свои владения сыну человека, который заменил ему самому когда-то отца. Для того чтобы осуществить задуманное, он усыновил девятнадцатилетнего Миколая Криштофа.

2. Политическая  и военная деятельность

В следующем  году Ильинич действительно умер. Сиротке отошли город Мир с  окрестностями и Белое. К его титулу «князь на Несвиже и Олыке» добавился ещё и титул «граф на Мире». В этом же году Миколай Криштоф получил свою первую государственную должность. Он стал маршалком надворным литовским – заместителем маршалка великого литовского, который был управляющим Двором, Министром внутренних дел и главным распорядителем в сенате и на сеймах одновременно. Таким образом Миколай Криштоф стал членом сената, то есть одним из панов-рады. Маршалком великим литовским и непосредственным начальником Сиротки в это время был граф Ян Ходкевич. По долгу службы молодому Радзивиллу сразу же пришлось включиться в напряженную работу по обсуждению условий унии в ВКЛ с Королевством Польским. Эта уния позднее вошла в историю под названием Люблинской.

Идея  объединения Польши с восточным  соседом витала в воздухе уже  со времён короля Ягайло. Рядом династических  союзов и политических актов эти  два государства с XIV века всё более и более привязывались друг к другу.

Но мечтая о едином с литвинами государстве, поляки добивались не объединения на равных с ними правах, а присоединения  их земель к Королевству, не федерации, а объявления Великого Княжества  Литовского восточной частью Польши. При таком слиянии литвины  лишались многих своих прав и привилегий. Патриоты княжества всеми силами противились унии. А поляки использовали любую политическую неурядицу, любые трудности соседей, чтобы под предлогом искренней помощи навязать им её. На этот раз польские политики воспользовались тяжелым положением княжества, вызванными многолетней кровопролитной войной с Иваном Грозным. После длительных предварительных переговоров в январе 1569 года Сигизмунд II Август созвал своих польских и литовских подданных на сейм в город Люблин. Но, как и следовало ожидать, быстрой договорённости и взаимной удовлетворённости не получилось. Сейму было суждено длиться аж семь месяцев. Яростными защитниками прав литвинов выступали Ян Ходкевич и дядя Сиротки Миколай Радзивилл Рыжий. Ходкевич от имени всех делегатов ВКЛ заявил: «Мы желаем, чтобы при заключении унии были сохранены наши права и уставы». Здесь, на сейме, Сиротка сошёлся с этим горячим патриотом Литвы, хотя Ходкевичи и Радзивиллы враждовали между собой. Но патриотические чувства были в Сиротке выше, чем родовые и политические амбиции.

Вскоре  стало ясно, что Сигизмунд II Август всё решительнее склоняется на сторону поляков. Объединения на любых условиях требовала измученная военное мелкая шляхта ВКЛ. И вот уже возникла опасность насильственно заключения унии на условиях поляков. Когда представители княжества поняли это, они в знак протеста 1 марта 1569 года покинули Люблин.

Тогда поляки добились от Сигизмунда II Августа издания о присоединении к Королевству Польскому Волыни, Подолии и Киевщины. Территория ВКЛ уменьшилась почти наполовину. А большая часть захваченных земель была захвачена войсками Ивана Грозного. Паны-рады решили начать войну с Польшей, однако против этих планов выступила шляхта. Её позиция отрезвила головы радцев. Они сообразили, что находясь в состоянии войны с Русью начинать борьбу против Польши было бы самоубийством для государства. В таких условиях и Польше, и княжеству следовало пойти на взаимные уступки. Окончательным решением обе стороны были в какой-то мере недовольны, но, скрепя сердцем, подписали договор. По нему высшим органом власти становился вальный сейм, который мог собираться только в Польше. Правитель должен был быть общим. Выбирала его шляхта «обоих народов». Он сразу же становился королём Польским, Великим князем Литовским. При этом новое государство имело федеральную структуру. В обеих составивших его частях сохранялись свои администрация, войска, казна, право чеканки монеты, судебный аппарат, законодательство, гербы и флаги. Сохранялись и свои государственные языки. В Польше – латынь, а в княжестве – литвинский (белорусский).