Особенности комического в творчестве Ч.Диккенса: на материале романа «Записки Пиквикского клуба»

     Продолжая лучшие традиции английского просветительского  бытописательного романа, произведения Диккенса увлекают читателей своим  демократическим, блестящим импровизаторским искусством, богатым, истинно британским юмором, интересом к повседневной жизни.  Как Пиквик, так и его друзья - влюбленный Тапмен, трусоватый спортсмен-неудачник Уинкль, поэтически настроенный Снодграсс, веселый оптимист Сэм Уэллер, претерпевают некоторую эволюцию. Им чужды расчетливость, корыстолюбие, подозрительность. Они доверчивы, открыты, верят в торжество справедливости и добра. Открывая Для себя мир, они пытаются противостоять жестокости и бесчеловечности, и это укрепляет их дух и волю, делает более мудрыми.

     Заслуга Диккенса как реалиста в том, что  он сумел с большой художественной силой вскрыть «философию» капиталистического города. В своих романах он развертывает потрясающие картины городского «дна». Широкой панорамой развертываются перед читателем жалкие окраины, трущобы, лачуги бедняков, притоны.

     В романе «Записки Пиквикского клуба  Диккенс изобразил другое, не менее  показательное для характеристики буржуазной правовой системы учреждение, а именно — долговые тюрьмы, где  рождались и проводили почти  всю свою жизнь люди, не знавшие за собой другой вины, кроме бедности. Поднимаясь вверх по социальной лестнице, Диккенс увидел там другую сторону отношений современного ему общества. Деньги — вот что царствует там. Диккенс развернул в своем творчестве блестящую плеяду буржуазных дельцов, превративших всю свою жизнь в погоню за наживой.

Рядом с этими  представителями капитала Диккенс  дает и все их окружение — их управляющих, слуг, приказчиков, клерков, которые нередко являются орудием  их злой воли и в то же время не упускают случая, чтобы занять место своих партнеров.

     Художественная  система Диккенса в совершенстве передает все своеобразие его  мировоззренческой концепции. Для  диккенсовского образа характерна большая  идейная четкость, строгая определенность функции, выполняемой им в общем развороте главной темы. Все его приемы приобретают свою идейно-художественную значимость как средство максимального закрепления моральной догмы.

     Здесь с неизбежностью возникает вопрос: если в творчестве Диккенса господствует пафос, если он прежде всего моралист и проповедник, мобилизующий все свои художественные ресурсы, чтобы поучать и проповедывать, — откуда же рождается его феерический, не знающий удержу смех?

     Смех  — с такой же необходимостью, как и все элементы его творчества — подчиняется у Диккенса его основному идеологическому заданию. Здесь мы подходим вплотную к вопросу о характере и значении диккенсовского гротеска. Шутка Диккенса, которой он пользуется мастерски, — не только для усиления занимательности рассказа, но прежде всего для характеристик, психологических и бытовых зарисовок и т. п., — эта шутка легко перерастает уже в буффонаду. А с другой стороны, мы имеем у Диккенса гротеск, зачастую почти лишенный смеха. Между ними — целое богатство оттенков и переходов.

     Диккенс не боится буффонады, смело внедряет ее в свои романы, и моментами она выступает как самодовлеющая стихия.

     В таком тоне выдержан весь роман Диккенса — «Замогильные записки Пиквикского  клуба». Роман дан как сплошная линия гротескных эпизодов. Герои  попадают в самые плачевные положения: они вываливаются из экипажа; ранят самих себя на охоте; их обвиняют в воровстве собственных вещей; вызывают по ошибке, вместо других, на дуэль и т. д.

     Там, где, казалось бы, у Диккенса налицо только одно желание — без конца  нагнетать комические движения, — в действительности обнаруживается вполне определенная закономерность в том, на что именно направляет он острие своего смеха. Несмотря на всю незлобивость и добродушие, с каким Диккенс осмеивает неудачи ученых пиквикцев, несмотря на то, что комическая стихия выступает именно здесь во всем ее значении как тенденция смягчения действительности, — несмотря на все это, лицо художника-моралиста выступает и здесь уже вполне отчетливо. Буффонада Диккенса отнюдь не является только беспринципным вышучиванием того, над чем он смеется. Всюду и везде, в строгой логической увязке с общей системой своих взглядов на жизнь, Диккенс осмеивает одно и то же — присущую людям слабость принимать за нечто важное и значительное то, что на самом деле, по мнению автора, совершенно ничтожно. В этом плане его гротеск приобретает уже иное значение, и прежде всего получает вполне определенный идейный смысл основной принцип этого гротеска — чрезмерное усложнение самых незначительных явлений. Говорить нарочито глубокомысленным и даже торжественным тоном о предметах самых маленьких и сугубо обыденных — таков основной комический прием Диккенса. Подходя к жизни со своей единой меркой, — с требованием максимального опрощения человеческих отношений, которые должны строиться только на принципе любви и милосердия, — Диккенс видит в жизни слишком много ненужной мишуры, пустых мелочей, которые отвлекают человека от действительно нужного и важного. Гротеск его и становится методом разоблачения этой мишурности, этой излишней усложненности жизни.

     Так, за забавными приключениями пиквикцев  мораль автора проступает достаточно отчетливо: он осмеивает их претензию  на ученость, их ложную светскость; он осуждает их боязнь быть тем, что они  есть на самом деле, — добрыми  и бесхитростными людьми. Но пока Диккенс обращает свой взгляд на пиквикцев и им подобных, тщеславие и суетность которых еще очень безобидны, — он смеется над ними весело и добродушно. Здесь смех еще почти не осложнен эмоционально, ибо эти образы развертываются им в сущности вне плана главной коллизии его романов — борьбы доброго и злого начала. 
 
 
 
 
 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 

     Чарльз  Диккенс, величайший английский романист XIX в., бесспорно остается одним из самых известных писателей, как  в Англии, так и за ее пределами. Уже первые произведения, вышедшие в свет в середине 30-х гг. 19 в, принесли их автору широкую известность. С этого момента интерес к творчеству Диккенса не ослабевал. Его читали и перечитывали современники, представители различных слоев населения Англии. Не забыто имя писателя и в наши дни. Диккенса с полным правом можно назвать мэтром английской литературы 19 в, поскольку ни один писатель не мог сравниться с ним ни по значимости, ни по популярности. Безусловно, как выдающаяся личность в мире литературы, Диккенс вызывал различное к себе отношение своих современников. Позже, после смерти писателя, изучением его наследия занялись представители традиционных и вновь создающихся литературных направлений. Каждый из них находил в романах и повестях Диккенса что-то близкое для себя, определяющую основу для своих теорий. Именно значительностью писательской фигуры Диккенса можно объяснить тот факт, что почти в каждой критической школе его произведения рассматриваются с разных позиций.

     Современные читатели унаследовали тот художественный мир, порожденный воображением Чарльза Диккенса, который запечатлен в его романах. Они были великими образцами искусства, одновременно высокого и развлекательного: Диккенс не разделял между собой эти два понятия, и нам нет нужды поступать иначе. И, несмотря на то, что произведения Диккенса являются отражением той эпохи, того времени, в котором жил писатель, это все же не исторические хроники, не скрупулезное отображение современных автору событий и людей, а именно художественное переосмысление, сатирический взгляд, эмоциональная переработка тех проблем, которые волновали Диккенса именно в тот период, которые он видел и осознавал. 

     СПИСОК  ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 

1. Елизарова М.Е. и др. История зарубежной литературы ХІХ в. – М., 1972.
2. История зарубежной литературы. В двух частях / под ред. Н.П.Михальской. – М.: Просвещение, 1991.
3. История зарубежной литературы: Учебное пособие / Под ред. В.Богословского, А.Головенченко и др. – М.: Высшая школа, 1991.
4. Ивашова В. Английский реалистический роман XIX века в его современном звучании. – М.: Худ. лит., 1974.
5. История зарубежной литературы ХIХ века / Под ред. Н.А.Соловьевой. М.: Высшая школа, 1991. 637 с. С.: 532-629
6. Тугушева М.П. Два Сэмюэла: «Посмертные записки Пиквикского клуба» // Тугушева М.П. Чарльз Диккенс: Очерки жизни и творчества. М, 1979. С. 15-26;
7. Елизарова М.Е. Проблема комического в творчестве Диккенса  /  М.Е. Елизарова. - Режим доступа: http://www.e-filolog.ru/zarubezhnaja-literatura/35-zarubezhnaja-literatura/69-the-problem-of-the-comic-in-the-works-of-dickens.html
8. Шпет Г.Г. Комментарий к роману Чарльза Диккенса «Посмертные записки Пиквикского клуба» /  Г.Г. Шпет. - Режим доступа: http://lib.rus.ec/b/203656/read