Доказывание

ВВЕДЕНИЕ

   Правоохранительные  органы обязаны делать все  необходимое для обеспечения  сохранности государственной, коллективной  и индивидуальной собственности,  охраны чести и достоинства  граждан, вести решительную борьбу  с преступностью, предупреждать  любые правонарушения и устранять  порождающие их причины.

Одной из важнейших задач  правовой науки является вооружение правоохранительных органов государства  действенными средствами и методами борьбы с преступностью и ликвидация порождающих ее причин. Решение этой задачи в значительной степени зависит  от уровня развития уголовно-процессуальной науки. При этом на общем фоне усиления борьбы с преступностью уголовно-процессуальное законодательство должно сохранять исходные тенденции развития судебной, прокурорской и следственной  практики, связанные с демократизацией и гуманизацией уголовного судопроизводства - усилением гарантий, прав, законных интересов и свобод личности, повышением роли и независимости суда при осуществлении правосудия, расширением и укреплением института защиты по уголовным делам, коренным улучшением прокурорской и следственной работы, созданием гарантий законности и справедливости судебных решений. Все вышесказанное достигается путем совершенствования доказательственного права, которое составляют нормы уголовно-процессуального права, устанавливающие, что может служить доказательством по делу, круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, на ком лежит обязанность доказывания, порядок собирания, проверки и оценки доказательств.

Понятие «доказательство» и  «доказывание» используются  в теории доказательств в нескольких значениях.

Доказательство, в процессуальном понимании, это сведения о каких-либо фактических обстоятельствах дела, полученные в установленном законом порядке. Доказательство - это и определенный  логический прием рассуждения, когда на основе установленных обстоятельств утверждается или отрицается наличие какого-либо обстоятельства. Собственно, именно от наименования этого логического приема берет свое начало использование понятия доказательство в уголовном процессе, поскольку здесь на основе установления обстоятельств происходит опосредованное познание обстоятельств, прошлого события.

В науке о доказывании  используются достижения различных  наук, в том числе логики, психологии, криминалистики, судебной медицины, психиатрии и др. Важную роль в развитии теории доказательств играет изучение следственной и судебной практики.

Психологические основы доказывания.

По всем вопросам убедительные доказательства открываются нами лишь тогда, когда мы и без того достаточно убеждены в истинности доказываемого (Йожеф Этвеш).

Психологические основы доказывания - это психологические особенности  деятельности в процессе доказывания  его субъектов - следователя и других субъектов доказывания. О психологических особенностях следственной деятельности, психологии других участников процесса существует значительная криминалистическая и процессуальная литература. Все авторы единодушны в оценке и характеристике следственной деятельности, как творческой, протекающей в условиях дефицита времени, в экстремальных условиях, вызывающих порой стрессовое состояние следователя, требующих неординарных, порой эвристических решений. Подчеркивается такая особенность следственной деятельности, как необходимость преодоления и нейтрализации противодействия лиц, заинтересованных в неудаче расследования, в сокрытии истины по делу. Не останавливаясь на вопросах, достаточно подробно исследованных в литературе, рассмотрим лишь некоторые дискуссионные и мало разработанные проблемы психологии доказывания. К их числу относятся психологические особенности деятельности следователя в условиях тактического риска и информационной неопределенности, типичные формы и способы противодействия расследованию, психологические основы формирования внутреннего убеждения субъектов доказывания.

Типичной для начала процесса доказывания представляется ситуация информационной неопределенности, в  которой приходится действовать  следователю, поскольку большинство  преступлений, особенно тяжких, совершается  в условиях неочевидности. Именно на ситуацию информационной неопределенности рассчитаны типичные версии и разрабатываемые  алгоритмы расследования. Одной  из задач первоначального этапа расследования и является устранение или хотя бы существенное ослабление информационной неопределенности, накопление данных, позволяющих следователю составить более или менее полное представление о событии и его участниках.

Типичность ситуации информационной неопределенности обусловливает требования к наличию у следователя определенных психологических качеств: наблюдательности, внимательности, способности к детальному анализу обстановки, к творческому  мышлению и, наконец, эмоциональной  устойчивости. В совокупности со знанием  закономерностей возникновения  информации о преступлении и преступнике, способов совершения и сокрытия преступлений это дает ему возможность накопления сведений о механизме события  и получения оснований для  принятия необходимых организационных  и тактических решений.

Версии, формирующиеся на начальном этапе расследования, позволяют начать расследование  по горячим следам и постепенно преодолеть информационную неопределенность. Этим же целям служат в принципе и первоначальные следственные действия. Так, одной из задач осмотра места происшествия, проводимого еще до возбуждения уголовного дела, служит ориентирование следователя в существе события, подлежащего расследованию. Успешное выполнение этой задачи позволяет сразу же сократить число типичных версий, предположительно объясняющих механизм и содержание события, выбрать наиболее правильное направление расследования. Не случайно поэтому от качества осмотра места происшествия в конечном счете зависит успех расследования.

Мыслительная деятельность следователя при осмотре протекает  на фоне тех психических процессов, которые определяют его состояние  и способность выполнения профессиональных задач. Анализируя психологические  основы осмотра места происшествия, Ф.В. Глазырин справедливо заметил: «Именно такая сложная мыслительная деятельность следователя, основанная на правовых, криминалистических, психологических знаниях, профессиональном и жизненном опыте, с использованием помощи специалистов, других участников этого процессуального действия, на проявлении профессионально необходимых психологических качеств, делает осмотр места происшествия рациональным и эффективным, позволяет определить связь обнаруженных объектов с расследуемым событием, выявить различные причинные зависимости между обнаруженными явлениями, негативные обстоятельства, распознать возможные инсценировки». Таким образом, с полным правом можно заключить, что психологические основы осмотра - составная часть психологии доказывания.

То же самое относится  и к другим следственным действиям, в особенности тем, при производстве которых следователь сталкивается с противодействием расследованию, на чем подробнее мы остановимся  далее.

Информационная неопределенность, в условиях которой протекает  процесс доказывания, делает весьма актуальным решение проблемы тактического риска. В общей форме под тактическим риском понимается допущение отрицательного результата предпринимаемых следователем действий в процессе доказывания. Ситуация риска возникает уже на начальном этапе расследования, когда следователь стоит перед выбором наиболее вероятной версии, подлежащей проверке в первую очередь. Риск в этом случае заключается в том, что следователь, «замыкаясь» на одну, наиболее подходящую, на его взгляд, версию, оставляет без внимания остальные версии, упуская время, с каждым днем утрачивая возможности раскрыть преступление. Естественно, что ситуация риска создает определенную психологическую напряженность, преодолеть которую, и то до известной степени, позволяет лишь профессиональная адаптация следователя к рискованным ситуациям.

Как отмечает Г.А. Зорин, «риск - естественный составной элемент следственной деятельности в условиях концентрации проблемных ситуаций, которые постоянно ставят следователя перед необходимостью выбора».

В психологии под риском понимают ситуативную характеристику деятельности, состоящую в неопределенности ее исхода и возможных неблагоприятных  последствиях в случае неуспеха. Это  понятие имеет в психологии три  взаимосвязанных значения:

1) риск как мера ожидаемого  неблагополучия при неуспехе  в деятельности, определяемая сочетанием  вероятности неуспеха и степени  неблагоприятных последствий в  этом случае;

2) риск как действие, в  том или ином отношении грозящее  субъекту потерей (проигрышем, травмой,  ущербом);

3) риск как ситуация  выбора между двумя возможными  вариантами действия: менее привлекательным,  зато более надежным, и более  привлекательным, но менее надежным, исход которого проблематичен  и связан с возможными неблагоприятными  последствиями.

Обычно выделяют риск оправданный  и неоправданный и различают  две разновидности рискованных  ситуаций:

а) где исход зависит  от случая (шансовые ситуации);

б) где исход зависит  от способностей субъекта (ситуации навыка).

Оказывается, что при прочих равных условиях более высокий уровень  риска наблюдается в ситуациях, связанных не с шансом, а с навыком, когда человек считает, что от него что-то зависит.

Поскольку проблемная ситуация типична для следственной деятельности вообще, в том числе и при  производстве отдельных следственных действий, возможность неблагоприятных  последствий необходимо учитывать  не только при выборе направления расследования (отдавая предпочтение наиболее вероятной версии), но при производстве предъявления для опознания, следственного эксперимента, обыска и т.п.

Выбор решения в ситуации риска может быть результатом логического анализа ситуации, просчета возможных последствий действий в совокупности с мерами по снижению степени риска, но может быть и интуитивен, в первом приближении необъясним, быть следствием инсайта, внезапного «озарения» следователя. Такое озарение представляет собой догадку, в основе которой нет ничего сверхъестественного, не поддающегося анализу. По определению А.Р. Ратинова, одним из первых исследовавших проблему интуиции применительно к следственной деятельности, «интуиция - неосознанное постижение отдельных положений, которое не выведено логическим путем». Но интуиция, как и любое решение, основано на прошлом опыте человека. Интуитивное решение поддается логическому анализу, позволяющему выявить тот путь, который фактически привел к интуитивному решению, хотя этот путь при принятии решения не осознавался, существовал в свернутом виде. Как отмечает А.Р. Ратинов, зачастую мыслительный процесс протекает неуловимо, наряду с полными логическими формами, которые принимаются в сокращенном виде, а иные вовсе выпадают, опускаются как давно известные, проверенные опытом, доказанные практикой или установленные какой-либо отраслью знаний. В результате полученный вывод представляется чистой, ничем не обусловленной догадкой. Фактически же он был подготовлен предыдущим мыслительным процессом. Вспыхивая в сознании как готовое положение, интуитивная догадка перескакивает через ряд звеньев осознанного логического рассуждения и открывает свойства и связи явлений прежде, чем дискурсивное мышление следователя успеет доказать их соответствие действительности... В процессе доказывания знание интуитивное должно быть превращено в логически и фактически обоснованное достоверное знание.

Интуиция следователя  может сыграть существенную роль не только в ситуации тактического риска, но и в других случаях проявления психологических свойств личности следователя как субъекта доказывания, например при установлении следователем психологического контакта с проходящими  по делу лицами как одного из необходимых  условий получения доказательств от людей.

Под психологическим контактом  принято понимать создание атмосферы  доверия к следователю, мотивам  и целям его действий, формирование у субъекта общения со следователем убеждения, что следователь в  своих действиях и поведении  руководствуется лишь желанием установить истину и свободен от всего личного.

Психологический контакт  устанавливается в процессе общения  следователя с участниками следственных действий. Подготовка к этому общению - важный элемент подготовки к проведению следственного действия. А.В. Дулов указывает, что установление психологического контакта требует от следователя проявления его коммуникативных свойств; умения привлекать к себе внимание, пробуждать интерес, доверие, подчас симпатию к личности следователя. Степень использования коммуникативных свойств находится в прямой зависимости от целей общения, личностных качеств участников, с которыми предстоит вступить в общение. Следователь должен стремиться установлением психологического контакта вызвать предельную психическую активность у будущих участников.

Помимо установления психологического контакта, подготовка следователя к  общению с участниками следственных действий должна включать в себя и  подготовку его к активному психическому воздействию на участников, и подготовку к возможному противодействию со стороны тех участников, которые  заинтересованы в сокрытии истины по делу.

По определению Н.П. Хайдукова, «воздействие следователя на участвующих в деле лиц с целью выполнения задач, поставленных перед ним законом, допустимо и правомерно только тогда, когда у субъекта, на которого оказывается воздействие, имеется свобода выбора линии своего поведения, свобода принятия того или иного решения в конкретной процессуально-тактической ситуации, связанной с расследованием преступления. Допустимое и правомерное воздействие следователя прежде всего должно побудить человека, на которого оно направлено, к сознательному изменению принятых решений, к тому, чтобы пересмотреть линию своего поведения, которая противоречит интересам общества и целям правосудия». Об этом же пишет и А.Р. Ратинов: «Правомерное психическое влияние само по себе не диктует конкретное действие, не вымогает показание того или иного содержания, а вмешиваясь во внутренние психические процессы, формирует правильную позицию человека, сознательное отношение к своим гражданским обязанностям и лишь опосредственно приводит его к выбору определенной линии поведения».