Доказывание

Психологическое воздействие  следователя на участников расследования  играет особенно важную роль при преодолении  их противодействия установлению истины.

Характеризуясь в целом  как противодействие следствию, тактика недобросовестных участников следственных действий может выражаться в пассивном и активном сопротивлении  усилиям следователя установить истину по делу.

Формами пассивного сопротивления  являются:

- отказ от дачи показаний;

- немотивируемое («голое») отрицание фактов с целью выиграть время для построения системы их опровержения;

- умолчание о фактах;

- неявка по вызову следственных  и судебных органов;

- несообщение запрашиваемых  сведений и невыдача требуемых  объектов (предметов, документов);

- неоказание помощи;

- невыполнение требуемых  действий и отказ от участия  в следственных действиях и/или  подписания соответствующих протоколов.

Активное противодействие  следствию проявляется в следующих  формах:

- умышленная дезинформация  следователя - дача ложных показаний,  обман, создание лжедоказательств путем инсценировок, фальсификации предметов, документов и т.п.;

- сокрытие и уничтожение  нужных предметов или документов;

- подстрекательство к  даче ложных показаний и неповиновению  следователю;

- склонение к отказу  от данных правдивых показаний  путем угроз, иного насилия,  подкупа и т.п.;

- прямое сопротивление  следователю;

- уничтожение доказательств при ознакомлении с материалами следствия.

Но наиболее опасными формами  противодействия расследованию  являются понуждение следователя к  противоправным действиям и решениям путем угроз, физического насилия, подкупа и т.п. Особенно опасный  характер приобретает противодействие  в тех случаях, когда оно исходит  от вышестоящих руководителей следователя, иных коррумпированных сотрудников  властных структур. Преодоление подобного  противодействия требует наличия  у следователя таких психических  качеств, как мужество, принципиальность, решительность, требует умения просчитывать варианты последствий своих действий по преодолению негативных влияний.

Психологическую окраску  имеет и процесс формирования внутреннего убеждения следователя  и других субъектов доказывания. Понятие внутреннего убеждения следователя и суда формировалось на основе теории свободной оценки доказательств в середине XIX в. В России это понятие привлекло к себе самое пристальное внимание в период разработки и первого опыта применения судебных уставов 1864 г. В последующем это понятие анализировалось при характеристике оценки доказательств в разных системах уголовного процесса. В дореволюционной процессуальной литературе всячески подчеркивалось, что оценка доказательств «по внутреннему убеждению и совести - это не решение дела по непосредственному впечатлению или по произвольному усмотрению. Для того, чтобы внутреннее убеждение не переходило в личный произвол» - писал И.Я. Фойницкий, - закон, не связывая судью легальными правилами, заботится, однако, о выработке его убеждения при условиях и в порядке, которыми обеспечивается, что всякий рассудительный и здравомыслящий человек при тех же данных пришел бы к одинаковому заключению. Правила о таких условиях и порядке имеют высокое значение; ими устанавливается грань между судейскою свободою и индивидуальным произволом.

И.Я. Фойницкий и другие авторы в целом одинаково трактовали эти правила, считая, что внутреннее убеждение должно быть:

а) выводом из доказательств, проверенных в порядке, предусмотренном  законом;

б) основано на рассмотрении и оценке всех доказательств по делу («Из этого правила, обеспечивающего полноту судебного разбора, вытекает крайне важное право сторон на представление имеющихся у них доказательств: суд не может отказать им в таком представлении под предлогом, что дело для него уже разъяснено другими доказательствами или что он не имеет к доказательству доверия»);

в) основано на оценке доказательств  в их совокупности;

г) основано на оценке каждого доказательства по его собственной природе и по связи с делом.

Эти основания формирования внутреннего убеждения были восприняты и советскими процессуалистами: «внутреннее судейское убеждение есть разумная (выделено мной. - А.Б.) уверенность советских судей в правильности их выводов по делу, достигнутая тщательным и всесторонним исследованием обстоятельств дела и вытекающая из твердо установленных и достоверных обстоятельств дела. Судейское убеждение лишено всякой иррациональности, это не интуиция и не безотчетное чувство, а твердая уверенность судей в виновности или невиновности обвиняемого, основанная на том, что именно этот вывод - и только он - вытекает из обстоятельств дела, а все иные возможные решения дела отброшены как находящиеся в противоречии с обстоятельствами дела и не соответствующие действительности». Заметим, что «разумная уверенность» означает уверенность в достижении истины, уверенность в невероятности противоположного вывода в данных условиях, а не вообще. В сущности, из этого можно сделать выводы относительно содержания объективной истины как сочетания данных достоверных и данных весьма вероятных, т.е. данных, разумная вероятность которых представляется достаточной для принятия убежденного решения. Разумная уверенность основывается на разумной достаточности.

О гносеологическом и логическом значении внутреннего убеждения  уместнее вести речь при рассмотрении такой фазы доказывания, как оценка доказательств, поэтому здесь ограничимся  рассмотрением вопроса о психологической  природе внутреннего убеждения.

С психологической точки  зрения, убеждение - это уверенность, отсутствие сомнений в правильности вывода. Сомнение как сложное психическое состояние включает сознание недоказанности, неубедительности, переживание неудовлетворенности тем, что выдается за истину, за решение поставленной задачи. А.Р. Ратинов считает, что в процессе доказывания сомнения играют положительную роль, поскольку побуждают к поиску новых данных для их устранения. Поскольку чувство уверенности и противоположное чувство сомнения представляют собой, по терминологии психологии, интеллектуальные эмоции, внутреннее убеждение - категория психологическая, что подчеркивается словом «внутреннее». Внутреннее убеждение характеризует психическое состояние субъекта доказывания, причем не только следователя и суд, но и остальных участников этого процесса и поэтому с полным правом может считаться одним из элементов психологических основ доказывания.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

Еще до вступления в действие УПК РФ обнаружились многочисленные законодательные пробелы, противоречия между отдельными положениями УПК  РФ, неудачные формулировки ряда уголовно-процессуальных понятий и категорий. Целый ряд  проблем по применению норм, содержащихся в УПК РФ, выявился и после введения его в действие с 1 июля 2002 г.

Указанные обстоятельства вызвали  оживленные дискуссии в среде  как ученых в области уголовного процесса и иных отраслей знаний, так  и практических работников, непосредственно  применяющих нормы доказательственного  права. Немало трудностей по применению норм уголовно-процессуального права  воз­никло в повседневной юридической  практике.

В связи с этим возникает  острая необходимость не только в  дальнейшем дополнении и изменении  уголовно-процессуального законодательства, но и в теоретическом осмыслении многих новых или обновленных  положений, понятий и категорий  уголовно-процессуального права, разработке научно обоснованных методических рекомендаций по практическому применению норм уголовно-процессуального  права практическими работниками  органов предварительного расследования, прокуратуры, судов. В этом смысле перед  уголовно-процессуальной наукой открывается  достаточно широкое поле деятельности. В уголовном процессе структура доказывания закреплена, как собирание, проверка и оценка доказательств, т.е. в составляющие доказывания законодательно положены наиболее спорные с точки зрения юридической науки  моменты доказывания. Поэтому необходимо дальнейшее сближение различных точек зрения в части состава элементов доказывания для дальнейшего совершенствования методологической базы процесса доказывания для практического руководства правоприменительных органов.

Современное законодательство неоднозначно рассматривает понятие  «доказывание». Его формальное определение  отражено в уголовно-процессуальной норме через его структурное  содержание. Негативным следствием такого понимания доказывания выступает  принижение субъективного фактора  в доказывании и ограничение  конституционного равноправия субъектов  доказывания и состязательного  начала в доказательственном праве.

С точки зрения состязательности сторон суд должен занимать более  пассивную позицию в процессе доказывания; он должен одинаково беспристрастно оценивать доказательства обвинения  и защиты, не иметь обвинительных  тенденций, характерных для практики старого советского правосудия.

В настоящее время в  связи с усилением в уголовном  процессе состязательной составляющей большую значимость приобретает  внутренняя субъективная сторона доказывания. В то же время она пока слабо  развита в действующем законодательстве. Так, ст. 87 УПК РФ допускает к проверке доказательств исключительно сторону  обвинения и суд. Однако это положение  имеет взаимоисключающий правовой смысл с категорией равноправного  правового состязания. Образуется коллизия правовых норм ст. 87 УПК с ч. 4 ст. 15 УПК, ст. 19 и ч. 3 ст. 123 Конституции  РФ.

Принцип свободы оценки доказательств в процессе доказывания многое возлагает на совесть следствия и суда, что не может исключать возможность судебных ошибок. Особенно это касается проблемы относимости и допустимости  доказательств. На мой взгляд, суд присяжных безусловно большой шаг вперед в этом направлении, однако и он не может полностью решить всех проблем в этой сфере.

Необходимо развитие комплекса  правовых наук, ставящих объектом изучения субъективное правовое сознание (юридической  психологии, юридической логики и др.), которое позволит более близко подойти к вопросам подлинного понимания истины в уголовном процессе.

Таким образом, задача постоянного  совершенствования доказательного права и - на его основе - действующего УПК всегда будет актуальной.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список использованной литера

1. Чистова Л.В. Цель  познания и цель доказывания.  Ж. «Право и жизнь» № 91(1). 2006г. 

2. Кириллов В.И., Старченко  А.А. Логика. Учебник для юридических  вузов.            М. Юрист . 2002г. 

3. Уголовный процесс России. Под редакцией З.Ф. Ковриги и Н.П. Кузнецова. Воронежский государственный университет. 2002г.