Социальные реформы Петра 1

Эпоха петровских преобразований не принесла существенных облегчений формировавшемуся купеческому сословию России. Наоборот, действия властей причиняли его интересам весьма ощутимый ущерб. Возобновились массовые принудительные переселения торговых людей, но на этот раз не в Москву (как ранее, в XVI-XVII вв.), а в строящийся в устье Невы Санкт-Петербург, где поначалу и условий для оживленной торговли не было, с чем не желал считаться царь-реформатор. Один за другим следовали указы о спешном заселении новой столицы России. С помощью жестких мер эти предписания, как правило, осуществлялись. Так поступали не только с русскими, но и с иностранными торговцами, переселенными, в числе прочих жителей Нарвы и Дерпта, в 1708 году в глубинные центры России.

Государство максимально использовало купеческие капиталы для собственных  нужд, не считаясь с интересами самих предпринимателей: "В этих  условиях "интересы"  купца и промышленника приносились   в   жертву   государству. Установлено, что примерно около двух десятилетий  нового  столетия  Петр  не щадил купцов и многочисленные  поборы  и  повинности  в  пользу  государства разорили многих из них"⁷. И такая политика не могла не нанести серьезный удар по благосостоянию российского купечества в петровскую эпоху, не могла не замедлить процесс его юридического оформления в отдельное сословие.

Глава 3. Дворянство. Указ о единонаследии. "Табель о рангах"

Образование сословия дворян, пользовавшихся впоследствии исключительными правами душе- и землевладения, было результатом не только постепенного расслоения на верхи и низы, но и сознательной деятельности властей. Суть перемен в положении верхушки служилого сословия состояла во введении нового критерия их службы. Вместо принципа происхождения, позволявшего знатным служилым занимать сразу высокое место в обществе, армии и на службе, был введен принцип личной выслуги. Это, казалось бы, демократичное начинание открывало путь наверх наиболее способным людям. Новый принцип, отраженный в известной Табели о рангах 1722 году, усилил дворянство за счет притока выходцев из других сословий.

Использовав имевшиеся у него расписания чинов "самодержавных" королевств — Франции, Пруссии, Швеции и других, Петр составил ступенчатую систему чинов государственной службы: военной, гражданской, придворной. "Табель о рангах предусматривала 14 "классов" (рангов) и возможность продвижения по иерархической лестнице в зависимости от способностей, знаний и усердия. Не порода, происхождение, но таланты и работоспособность открывали путь "вверх". Первый офицерский чин (или 9-й класс гражданского чина) получал личное дворянство, 6-й класс военного чина (и 4-й класс гражданской службы) — потомственное дворянство"⁸.

Но не это было конечной целью преобразования. С помощью принципа личной выслуги, строго оговоренных в Табели о рангах условий повышения по лестнице чинов (важнейшим из этих условий была обязательность начала службы с рядового солдата или канцеляриста) Петр превращал довольно аморфную массу служилых людей "по отечеству" в военно-бюрократический корпус, полностью ему подчиненный и зависимый только от него.

Дворянство перестало быть закрытой кастой — доступ в него стал возможен представителям "подлых сословий". Борьба с местничеством, начатая еще Иваном Грозным, завершилась полной победой царской власти. Особые личные права и преимущества связывались не с происхождением и не с должностью, но с чином. Табель о рангах просуществовала в России до 1917 года. Государство, пользуясь "расписанием" Петра, имело возможность регулировать не только состав администрации, но и место каждого чиновника на социальной лестнице. Регулировались также детали повседневной жизни: "Первые пять чинов имели право приобретать для мундиров материал не дороже 4 рублей за аршин, следующие три — не дороже 3 рублей, остальные — не дороже 2 рублей"⁹.

Конечно, оформление сословия дворянства следует рассматривать  и как образование корпорации, наделенной особыми правами и  привилегиями, с корпоративным сознанием, принципами и обычаями. Но вместе с тем Петр стремился как можно теснее связать понятие о дворянском достоинстве с обязательной, постоянной службой, требующей знаний и практических навыков; все дворяне определялись в различные учреждения и полки, их детей отдавали в школы, посылали учиться за границу, царь запрещал жениться тем, кто не хотел учиться, а укрывающихся от службы лишал имений¹⁰.

В целом политика самодержавия в отношении дворянства была очень строгой, и бюрократизированное, зарегламентированное дворянство, обязанное учиться, чтобы затем служить, служить и служить, лишь с натяжкой можно назвать господствующим классом.

К тому же в 1714 году Петр подписывает указ о единонаследии, запрещающий раздел недвижимости (вотчин, поместий, дворов)¹¹. Завещатель передавал по духовной свои владения одному из сыновей, по своему выбору: " Дворянин, как написано в указе, обязан служить "для пользы государства", с этой целью вводился порядок наследования недвижимых имений, целиком передаваемых только одному сыну. Остальные сыновья, оказавшись без поместий и, следовательно, без средств к существованию, должны были сами "хлеба своего искать службою, учением, торгами и прочим"¹².

Это, не был закон о "майорате", какие действовали в Западной Европе. Земля (и другое имущество) не переходила автоматически к старшему сыну: владелец выбирал своего наследника и тем самым " Петр стремился избежать дробления владений, что вело к обнищанию дворянства — основного служилого слоя"¹³. Окончательно ликвидировалось различие между вотчиной и поместьем, что создавало новый вид землевладения: наследственного, неделимого и вечно-обязанного.

Запрещено было продавать и закладывать земельные  владения; поместья дворян, в том  числе родовые, могли быть конфискованы, что и случалось на практике.

Указ о единонаследии подкрепляли другие акты, преследовавшие ту же цель. Один из них запрещал жениться дворянским недорослям, не овладевшим элементами цифири и геометрии. Другой не разрешал производить в офицеры дворян, которые не служили рядовыми в гвардейских полках. Третьим позволялось приобретать имения только по истечении семи лет на военной, или 10 лет на гражданской службе, или после 15 лет занятий торговлей. Тем, кто нигде не служил и не торговал, запрещалось покупать деревни, "даже до смерти"¹⁴.

Трудно представить себе, каким  было бы русское дворянство, если бы принципы Петра последовательно  проводились после его смерти. Подлинная эмансипация и развитие корпоративного сознания дворянства проходили  под знаком его "раскрепощения" в 30 – 60-х годах XVIII в., когда вначале был отменен майорат, ограничен срок службы, а затем последовал манифест 1762 года, название которого говорит само за себя: "О даровании вольности и свободы российскому дворянству". В петровское же время дворяне рассматривались, прежде всего, как бюрократическое и военное сословие, тесно привязанное к государственной колеснице.

Глава 4. Социальные противоречия

Преобразования Петра, как бы их не называть вызывали сопротивление  большинства общества, рождали оппозицию. Восстания в Астрахани, на Дону, в других районах страны убедительно свидетельствовали о недовольстве. Оно было связано не только с тяжестью жизни, но и с ощущением угрозы вере, которая определяла уклад жизни, поведение. Преобразования Петра, которые будут названы его сторонниками "победой разума", воспринимались большинством жителей страны, как потеря души.

4.1. Восстание в Астрахани

Восстание в Астрахани произошло в наиболее сложный период правления Петра I. Хотя перелом в войне со Швецией уже начался, военные успехи России осуществлялись при максимальном напряжении сил страны. Война, постройка заводов, реформа армии и другие мероприятия Петра требовали огромных средств и большого количества рабочих рук. Рост бюджета порождал новые налоги, реформа армии сопровождалась не только наборами рекрутов, но и сложной перестройкой военного аппарата, приводившей к изменениям в условиях службы стрельцов и солдат жилых полков. По всей стране резко ухудшилось положение народных масс. Оно усугубилось ростом помещичьей эксплуатации в деревне и типично феодальным произволом администрации в городах¹⁵.

Вспыхнув в Астрахани, восстание 1705-1706 гг. быстро распространилось на соседние города: Черный и Красный Яры, Гурьев, Терки и их округу с пестрым как по социальному, так и по национальному составу населением. Оно продолжалось более 6 месяцев и вызвало сильнейшую тревогу правительства.

Обстановка, сложившаяся в начале 18 века в Австрахани и ближайших  к ней городах, вызвала сильнейшее недовольство всех слоев местного населения. Особенно сильно оно охватывало служилых людей, стрельцов и солдат, которые ощущая тяжесть общего роста налогов и повинностей не меньше, чем посадские люди, кроме того, остро реагировали на изменения в своем положении, а также на произвол полкового начальства и городовых воевод¹⁶. Но положение стрельцов и солдат определилось не столько выполнением работ в пользу воеводы, сколько общим увеличением их повинностей: помимо караульной и гарнизонной службы они выполняли многочисленные казенные работы в качестве гребцов, кормильцев, грузчиков и т. д.

Самым обременительными работами считались  сооружение селитряного завода, варка селитры и особенно заготовка дров, на которой одновременно работало по 600-700 человек¹⁷.

В начале 1705 года был дан указ о снижении хлебного жалованья стрельцам. Поскольку спекулируя хлебом, Ржевский систематически затягивал выдачу хлеба служилым людям и приписным ремесленникам, указ правительства был воспринят как новая "обида" воеводы. В городе и за его пределами стал упорно передаваться слух, что "воевода хотел у них убивать и денежного жалования". Ему приписывали также инициативу введения некоторых новых налогов, в частности больно задевшего астраханцев указа о взыскании причальных и отвальных пошлин. "Худо де в Астрахани делается от воеводы и начальных людей стали велики обиды, завели де причальные да отвальные, хотя де хворосту на 6 денег в лотке привези, а привального дай гривну. Быть де тамошне, а даром не пройдет!" – возмущался один из стрельцов Конного полка¹⁸.

Волнующие слухи ходили по городу всю весну и особенно усилились в начале лета, когда Ржевский начал проводить в жизнь указы о немецком платье и брадобритии, которые из-за его тактики оказались последней каплей, переполнившей чашу терпения населения Астрахани¹⁹.

Итак, причин для недовольства разных слоев населения Астрахани было больше чем достаточно. Инициаторами движения было больше чем достаточно. Инициаторами движения в четвертый раз выступили стрельцы²⁰.

Одним из первых стал думать о восстании стрелец Московского полка Г. Артемьев. Те же мысли появились у стрельца полка Д. Галачалова, И. Шелудяка, и у пушкаря Тысячного полка Г. Агеева.

Они начали искать единомышленников и повели среди однополчан и знакомых разговоры о тяжелой жизни, бесправии, возмутительном поведении воеводы, жестокости полковников, ненужных новшествах.

Заговор стрельцов в Астрахани  закончился полным успехом. 30 июля 1705 года было казнено свыше 300 человек, среди них командиры полков и офицеры, иноземцы представители царской администрации. Стрельцы долго разыскивали укрывшегося воеводу, наконец обнаружили его в курятнике, приволокли на круг и здесь же предали смерти.

Перед восставшими сразу же встали две неотложные задачи, при решении  которых они достигли далеко не равнозначных результатов: первая из них касалась организации внутренней жизни города; вторая относилась к установлению контактов восставшего города с внешним миром и попыткам расширить регион восстания и привлечь на свою сторону новые силы. Если в первом случае астраханцы добились успехов, то во втором – их постигла серьезная неудача²¹.

Петр I получил депешу об Астраханском восстании от Б.Я. Голицына 9 или 10 сентября 1705 года. Новость оказалась настолько неожиданной и ошеломляющей, учитывая, что восставшие могли продвинуться далеко вперед, Петр со свойственной ему оперативностью послал распоряжение фельдмаршалу Б.П. Шереметьеву взять полки из действующей армии и двинуться на подавление восстания. Назначение Б.П. Шереметьева – одного из лучших полководцев русской армии, показывает, что восстание вызвало у Петра серьезную тревогу. Он опасался, что оно не только отвлечет значительных военные силы, но и нарушит нормальную хозяйственную и финансовую деятельность страны, распространиться по Волге, Дону и станет опаснейшей угрозой существованию правительства. Петр допускал даже возможность взятия восставшими Москвы.

Вместе с тем Петр параллельно  предпринимал попытки уладить конфликт мирным путем. Делегация астраханцев во главе с конным стрельцом И.Г. Кисельниковым встретилась с царем в Гродно 24 ноября 1705 года. Царь вручал И.Г. Кисельникову грамоту.

Вместе с рассказом И.Г. Кисельникова и встрече и разговоре с царем грамота произвела на астраханцев сильное впечатление, и те решили отправить в Москву повинную.

13 января 1706 года астраханцы отслужили торжественный мобилен. Повинная, доставленная в Москву 12 февраля 1706 года, содержала самый полный перечень обид и притеснений астраханцев со стороны воевода и полковых командиров. Петр выдал выборным от астраханцев грамоту с отпуском вин и велел отправить их в Астрахань "в почтении", не как колодников, правда лишив их возможности общаться с населением²².

Однако фельдмаршал Б.П. Шереметьев предпринял штурм Астрахани. Под  следствием оказалось более 500 человек, в том числе 227 астраханских стрельцов, 174-из других городов Нижневолжья и 120 солдат. Казнено было 314 человек, а 45 умерли под пытками. Значение, которое придавало правительство подавлению восстания, лучше всего выразил сам Петр, который еще в феврале 1706 года, узнав о принесении повинной и отмечая это событие салютом, писал: "Сие дело лутчей виктории равнятися может"²³.