Битва под Москвой

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 19 Марта 2012 в 01:21, реферат

Описание

В первые дни войны Красная Армия понесла большие потери, особенно в авиации. Несмотря на героическое сопротивление советских бойцов, немецко-фашистские войска быстро продвигались в глубь нашей территории. Гитлер и его военачаль­ники ликовали. Поздним вечером памятного нам дня 3 июля генерал Гальдер сделал очередную запись в своем дневнике: «В целом теперь можно сказать, что задача разгрома главных сил русской армии перед реками Западная Двина и Днепр выполнена... Восточнее... мы можем встретить сопротивление лишь отдельных групп, из которых каждая в отдельности по с

Работа состоит из  1 файл

Битва под Москвой.DOC

— 143.50 Кб (Скачать документ)


ОБОРОНА СОВЕТСКИХ ВОЙСК НА МОСКОВСКОМ НАПРАВЛЕНИИ НАКАНУНЕ ВЕЛИКОЙ БИТВЫ

   В первые дни войны Красная Армия понесла большие потери, особенно в авиации. Несмотря на героическое сопротивление советских бойцов, немецко-фашистские войска быстро продвигались в глубь нашей территории. Гитлер и его военачаль­ники ликовали. Поздним вечером памятного нам дня 3 июля генерал Гальдер сделал очередную запись в своем дневнике: «В целом теперь можно сказать, что задача разгрома главных сил русской армии перед реками Западная Двина и Днепр выполнена... Восточнее... мы можем встретить сопротивление лишь отдельных групп, из которых каждая в отдельности по своей численности не может серьезно помешать наступлению герман­ских войск. Поэтому не будет преувеличением, если я скажу, что кампания против России была выиграна в течение 14 дней». В таком же тоне высказался и сам Гитлер: «Я все время стараюсь поставить себя в положение противника. Практи­чески он войну уже проиграл».

   Еще в ходе сражения у Киева, когда обозначился успех гитлеровских войск, германский генштаб разработал план наступления на Москву. Этот план, утвержденный Гитлером, вызвал полное одобрение генералов и фельдмаршалов на совещании, состоявшемся в сентябре 1941 г. близ Смоленска. Фашистское командование, считавшее, что с победой у Киева открылись новые возможности глубоких стремительных операций на всем советско-германском фронте, не сомневалось в быстром захвате Москвы и полной победе.

К концу сентября стратегическая обстановка резко изменилась в пользу гитлеровской армии.

Гитлеровский генштаб дал операции наименование «Тайфун», полагая, что группа армий «Центр», подобно тайфуну, сметет советскую оборону стремительным наступлением и захватит Москву. По планам врага, война должна была закончиться его победой еще до наступления зимы.

   Однако, к удивлению фашистов, темп продви­жения их войск становился все медленнее. Если в июне немцы в среднем проходили 30 километров в сутки, то в июле только 6—7. 20 июля Гальдер записал в дневнике: «Боевой состав танковых соединений; 16-я танковая дивизия имеет менее 40 процентов штатного состава, 11-я танковая ди­визия — около 40 процентов».

   Немецкие танки не сами собой сгорели. И не собственной смертью умерли немецкие танкисты. Врага и его технику уничтожали советские сол­даты. Даже попадая в окружение, наши войска дрались до последнего патрона, задерживали наступление фашистов, давали возможность резервам подготовить оборону на новых рубе­жах.

   13 сентября 1941 г., в самый разгар подготовки наступления на Москву, Гальдер писал, что «в случае, если кампания на Востоке не при­ведет в течение 1941 г. к полному уничтожению советских войск, с воз­можностью чего уже давно считается верховное командование, это ока­жет следующее военное и политическое влияние на общую обстановку: а) возможность нападения японцев на Россию станет сомнительной...; б) невозможно будет воспрепятствовать сообщению России и Англии че­рез Иран; в) Турция расценит такое развитие обстановки очень неблаго­приятно для нас, но вместе с тем она будет выжидать до тех пор, пока не убедится в окончательном поражении России. . .Блокада Англии достаточно крупными силами авиации может быть начата только после того, как будет в основном закончена Восточная кам­пания, а авиация восстановлена и увеличена».

   Вся масса войск группы «Центр» развернулась для наступления на фронте от Андреаполя до Глухова в полосе, ограниченной с юга кур­ским направлением, с севера — калининским. В районе Духовщины, Рославля и Шостки сосредоточились три ударные группировки, основой кото­рых были танковые группы.

   В группу армий «Центр» теперь входили 2-я, 4-я, 9-я полевые армии, 2-я, 4-я и 3-я танковые группы. В составе этой группы было 77 дивизий, в том числе 14 танковых и 8 моторизованных. Это составляло 38% пехот­ных и 64% танковых и моторизованных дивизий противника, действовав­ших на советско-германском фронте. На 1 октября группировка против­ника, нацеленная на Москву, насчитывала 1,8 млн. человек, более 14 тыс. орудий и минометов, 1700 танков и 1390 самолетов. Перед войсками группы армий «Центр» была поставлена задача окружить и уничтожить в районе Брянска и Вязьмы советские войска, затем танковыми группами охватить Москву с севера и юга и одновременными ударами танковых сил с флангов и пехоты в центре овладеть Москвой.

   Наступление было обеспечено и материально-технически. Пройдет время, и немецкие генералы сошлются на неготовность тылов, трудности снабжения, растянутые коммуникации и плохие дороги. А в сентябре 1941 г. в германском генеральном штабе считали, что положение со снаб­жением всюду является удовлетворительным. Работа железных дорог была признана хорошей, а автотранспорта оказалось столько, что часть его выводилась в резерв. Командование обещало войскам близкую победу. Москва притягивала гитлеровских захватчиков как магнит, и они готовы были на отчаянные усилия в новой схватке с советскими вой­сками; такая схватка казалась им последней.

   Стратегическая инициатива оставалась за гитлеровским командова­нием, оно определяло время и места ударов, условия борьбы, и это ставило перед Верховным Главнокомандованием Вооруженными Силами СССР множество задач небывалой трудности, невиданного мас­штаба.

   Нужно было срочно закрыть брешь в обороне Юго-Западного фронта, образовавшуюся в результате поражения под Киевом, отвести войска Южного фронта, не пустить противника в Донбасс, не допустить захвата Ростова, что грозило прорывом врага на юг, потерей Кавказа и бакинской нефти. Необходимо было удержать Крым, так как падение Севастополя крайне ограничило бы действия Черноморского флота, а захват Керчи угрожал прорывом на Кубань.

ГЕРОИЧЕСКАЯ ОБОРОНА СОВЕТСКИХ ВОЙСК НА МОСКОВСКОМ НАПРАВЛЕНИИ

   Ставка Верховного Главнокомандования с самого начала Великой Оте­чественной войны правильно оценила значение этого главнейшего страте­гического направления. В решающих сражениях здесь участвовало 40% всех сил действующей советской армии. Генеральный штаб Красной Ар­мии верно определил основные рубежи и операционные направления, на которых противник будет искать решения своих оперативно-стратегиче­ских задач.

   С первых недель войны, когда выявились неудачи наших войск на западном направлении. ГКО и Ставка мобилизовали строительные орга­низации, инженерные войска, силы трудящихся на укрепление оборони­тельных рубежей Подмосковья. По призывам Центрального Комитета, Московского, Смоленского, Тульского и Калининского обкомов партии сотни тысяч рабочих, колхозников, служащих, учащихся и домохозяек приняли участие в строительстве укреплений. В летнюю жару, в осеннее ненастье они возводили блиндажи, рыли окопы и противотанковые рвы. Создавались Вяземская и Можайская линии обороны: в последнюю вхо­дили Волоколамский, Можайский, Малоярославецкий и, позднее, Калуж­ский укрепленные районы.

   Ставка сосредоточила на защите Москвы лучшие силы авиации и гвар­дейские минометные части. На важнейших направлениях была установ­лена артиллерия большой мощности, в том числе тяжелые батареи мор­ской артиллерии.

   Дальнебомбардировочная авиация систематически бомбила глубокие тылы и коммуникации группы армий «Центр». Частые контратаки на­ших войск причиняли врагу серьезный урон.

   27 сентября Ставка Верховного Главнокомандования отдала войскам Западного направления директивы перейти к жесткой обороне, но резер­вов и времени для ее организации на всю глубину у фронтов не было. Через три—пять дней группа армий «Центр» перешла в наступление на Москву.

НАСТУПЛЕНИЕ ГРУППЫ АРМИЙ «ЦЕНТР» НА МОСКВУ В ОКТЯБРЕ

   30 сентября 1941 г. с линии Гадяч—Путивль—Глухов—Новгород-Северский начала наступление на Орел и Брянск, на Москву 2-я танковая группа Гудериана в составе 15 дивизий, из которых 10 было танковых и моторизованных. Ее поддерживали почти все силы 2-го воздушного флота, приданного группе армий «Центр».

   У советского командования на этом направлении после напряженных боев и поражения Юго-Западного фронта оставалось мало сил, не было оперативных резервов. Действовавшие здесь 13-я армия Брянского фронта и группа войск генерала А. Н. Ермакова сражались героически, но про­тивник, используя громадный перевес сил, к исходу дня прорвал оборону и, не встречая в ее глубине резервов, безостановочно шел к Орлу. Город не был подготовлен к обороне, времени на ее организацию не осталось, и немецкие танкисты 3 октября ворвались на его улицы.

   Одновременно часть сил 2-й танковой группы, продвигаясь по тылам Брянского фронта с юга и юго-востока, 6 октября захватила Карачев и в тот же день овладела Брянском.

2 октября перешли в наступление 3-я и 4-я танковые группы, 9-я и 4-я полевые армии — остальные силы группы армий «Центр». Ее коман­дование сосредоточило главные усилия войск на направлении городов Белый, Сычевка и вдоль шоссе Рославль—Москва.

Наиболее сильные удары пришлись на стык 30-й и 19-й армий За­падного фронта, где 4 советские дивизии были атакованы 12 дивизиями противника, в том числе 3 танковыми (415 танков), и по 43-й армии Резервного фронта, где против 5 советских дивизий действовало 17 диви­зий противника, из них 4 танковые. Их наступление поддерживали сотни самолетов 2-го воздушного флота.

   Неглубокая оборона наших дивизий не могла выдержать массированных ударов авиации, танковых групп и армейских пехотных корпусов. Они прорвались в центре Западного и на левом фланге Резервного фронта и углубились в их оперативные тылы. На участках, где атаки противника отражались, танковые соединения врага обходили позиции стойко оборонявшихся армий и дивизий, охватывая их фланги.

   В то же время отдельные корпуса противника развивали наступле­ние на других участках фронта. 9 октября они захватили Гжатск, 13 ок­тября овладели Калугой и продвинулись к Тарусе, создав угрозу Серпу­хову. 14 октября дивизии 3-й танковой группы ворвались в Калинин и продолжали наступление по Ленинградскому шоссе в сторону Вышнего Волочка. Это угрожало тылам Северо-Западного фронта, отсекало по­следний от Западного фронта и открывало врагу возможность обойти Москву с севера.

   Осенние дни 1941 г. были одними из самых грозных в истории нашей Родины. Гитлер тогда объявил на весь мир, что созданы, наконец, пред­посылки для того, чтобы посредством мощного удара сокрушить Красную Армию еще до наступления зимы. В его ставке и в генеральном штабе сухопутных войск царило приподнятое настроение. Немецкое командо­вание было единодушно в оптимистической оценке перспектив наступле­ния на Москву. 12 октября 1941 г. генеральный штаб передал группе армий «Центр» следующую директиву: «Фюрер вновь решил, что капи­туляция Москвы не должна быть принята, даже если она будет предло­жена противником. Моральное обоснование этого мероприятия совер­шенно ясно в глазах всего мира... Необходимо иметь в виду серьезную опасность эпидемий... Всякий, кто попытается оставить город и пройти через наши позиции, должен быть обстрелян и отогнан обратно».

   Но шли дни, недели, а победы все не было. Усилия гитлеровцев натал­кивались на мужественное сопротивление воинов Красной Армии, совет­ского народа. Армии Запад­ного и Резервного фронтов были окружены, и казалось, что кратчайшие пути к Москве открыты, но двинуться вперед главные силы группы ар­мий «Центр» не могли, ибо они были скованы боями у Вязьмы.

   Окруженные армии, атакуемые со всех сторон танками и пехотой, находясь под массированными ударами авиации и артиллерии, лишенные снабжения боеприпасами, продолжали неравную героическую борьбу. 19-я армия генерала М. Ф. Лукина и фронтовая оперативная группа ге­нерала Н. В. Болдина с первых дней боев наносили удары по 3-й танко­вой группе противника. Они уничтожили много немецких танков и живой силы, сражаясь до последней возможности, 107-я мотострелковая дивизия полковника П. Г. Чанчибадзе с боями пробилась из окружения и вышла к своим, сохранив большую часть личного состава и боевой техники. Сумели прорваться из-под Вязьмы 2-я Московская дивизия народного ополчения комбрига В. Вашкевича и 45-я кавалерийская дивизия полков­ника А. Стученко.

   Эта героическая борьба имела большое оперативно-стратегическое значение: противник нес потери в людях и боевой технике и терял время, в течение которого советское командование подводило резервы, создавало новые очаги обороны, а затем и сплошной фронт.

   4 октября решением Ставки был образован Тульский боевой участок. 6 октября Ставка отдала директиву остановить противника на Можай­ской линии обороны. 10 октября войска Западного и Резервного фронтов были объединены в один Западный. Командующим фронтом был назна­чен генерал Г. К. Жуков. В связи с приближением боевых действий к Москве по решению ГКО от 12 октября создавалась еще одна линия обороны на непосредственных подступах к столице, в строительство кото­рой приняли активное участие трудящиеся города и области. 17 ок­тября был образован Калининский фронт под командованием гене­рала И. С. Конева. Несмотря на всю сложность обстановки, было вновь организовано твердое управление войсками со стороны фронтовых командований и Ставки. Все эти критические дни и ночи неустанно фор­мировались резервы, которые без промедления выдвигались на важней­шие участки обороны.

   В условиях, когда не было сплошного фронта обороны, а в глубину ее прорывались немецкие танки, исключительную роль сыграли совет­ские танкисты.

Бригады были только что сформированы и имели на вооружении наряду с танками Т-34 машины устаревших конструкций. Не было у них своей зенитной и противотанковой артиллерии. Они не успели установить взаимодействие с другими родами войск и сражались с обнаженными флангами и неприкрытыми тылами. Но танкисты знали, что надо остано­вить врага, и, проявляя высокое воинское мастерство, стояли насмерть.

   В течение первой недели, последовавшей после окружения наших войск, танковые бригады были основной маневренной наземной силой, способной сорвать темп немецкого наступления. Но это была далеко не единственная сила обороны.

   Ко второй половине октября, когда армии группы «Центр», сломив сопротивление окруженных у Вязьмы частей, двинулись на Москву, они опять встретили организованный фронт обороны и вынуждены были снова его прорывать. С 13 октября развернулись ожесточенные бои на рубежах Можайского и Малоярославецкого, а с 16 октября и Волоколамского укрепленных районов.

   Отборным дивизиям Гитлера оказали упорное сопротивление героиче­ские дивизии Красной Армии: 316-я стрелковая дивизия генерал-майора И. В. Панфилова, покрывшая себя славой в боях у Волоколамска; 32-я стрелковая дивизия полковника В. И. Полосухина, ранее прославившаяся в боях у озера Хасан и теперь умножившая свою славу в боях на Боро­динском поле; 1-я мотострелковая дивизия Героя Советского Союза пол­ковника А. И. Лизюкова, остановившая противника у Наро-Фоминска. Подходили 82-я мотострелковая дивизия, отличившаяся в боях на р. Халхин-Гол, 93-я стрелковая дивизия и другие части и соединения.

Информация о работе Битва под Москвой