Мифы истории

Во-вторых, столь же болезненно могут восприниматься неоднозначные оценки одних и  тех же исторических деятелей представителями  разных народов. Скажем, для русских  фигура Ермака является почти что  сакральной, а сибирский хан Кучум обвиняется в агрессии, и эта версия нередко включается в школьные учебники. Вместе с тем, совсем иначе на это смотрят сибирские татары и казахи. Совсем недавно в 1996 г. ительмены предъявили требование Российскому государству выплатить им компенсацию за большие потери, понесенные ими в ходе и вследствие русской колонизации Камчатки, а русский писатель публикует в это время роман, восхваляющий удаль и благородство завоевателя Камчатки атамана Атласова. Лезгины склонны видеть в Давуд-беке славного руководителя национально-освободительного движения начала 18 века, направленного против персов, а аварские ученые считают его разбойником и грабителем. Русские воспринимают Шамиля как бунтовщика, а для народов Северного Кавказа он навсегда останется символом борьбы за свободу. Все это свидетельствует о том, что в мире постмодерна истин бывает всегда несколько. Поэтому трудно согласиться с теми, кто все беды современной российской историографии связывает с “русскоцентристским подходом”. Очевидно, правильнее было бы говорить о том, что, пока в историографии будет господствовать националистический подход, ни о какой общей версии истории не стоит и мечтать. 
 
 
 
 
 

Литература

1. Галкин А. «Суперэтнизм как глобальная проблема»,  « Свободная мысль», 1994, N 5.
2. Ферро М. «Как рассказывают историю детям в разных странах мира». 1992.
3. Дьяконов И.М. 1977. С.32-33; «Архаические мифы Востока и Запада», 1990. С.62-63.
4. Утченко С.Л. «Факт и миф в истории», «Вестник древней истории», 1998, N 4. С.13-14.
5. Токарев С.А., Мелетинский Е.М. «Мифология», «Мифы народов мира». М., 1980. Т.1. С.15-16; «Политическая теория и политическая практика». Словарь-справочник. М., 1994. С.151-154.
6. Дьяконов И.М. «Архаические мифы»... С.62-63.