Применение коллизионных норм

       В настоящий момент в отечественном  законодательстве отсутствует единый  кодификационный правовой акт, содержащий нормы, которые бы регулировали гражданско-правовые отношения с иностранным элементом.  Коллизионные нормы содержатся в различных международных правовых договорах, кодексах и федеральных законах, что затрудняет деятельность правоприменителя при определении применимого права к указанным правоотношениям. В этих условиях принятие Третьей части Гражданского кодекса РФ могло бы стать важным шагом на пути унификации  коллизионных норм международного частного права. 

                                   1.2. Структура коллизионных норм 

       Коллизионные  нормы  являются  наиболее  сложными  нормами, которые  при-

меняются  в международном частном праве. Чтобы разобраться в чём же их специфика необходимо рассмотреть  структуру коллизионной нормы,  которая  обладает целым ряд характерных особенностей.

       Каждая коллизионная норма состоит  из двух элементов: объёма и привязки. Объём коллизионной нормы указывает на отношения гражанско-правового характера, к которым эта норма применяется, а привязка - это указание на закон (правовую систему), который подлежит применению к данному виду отношений. Так, в коллизионной  норме “отношения по наследованию определяются  по праву страны, где наследодатель имел постоянное место жительства” (п.1 ст.169 Основ  1991г. ) объём  нормы обозначается словами “отношения по наследованию”, а её  привязка выражается в критерии  последнего постоянного места жительства  наследодателя. В  другой коллизионной норме -  “гражданская дееспособность иностранного гражданина определяется по праву страны, гражданином которой он является” ( п.2 ст.160 Основ 1991г.)  -  объём и привязку нормы составляют соответственно указания  на  гражданскую дееспособность иностранного  гражданина и страну, гражданином которой он является. Рассмотрим элементы нормы подробнее.

       Объём коллизионной нормы отражает то многообразие  общественных отношений, которые возникают в процессе международных контактов  граждан и юридических лиц.  Эти отношения невозможно подчинить действию лишь ограниченного числа  коллизионных норм, они  нуждаются  в дифференциации с учётом  сферы их действия, которую определяет  объём коллизионной нормы.  Надо  отметить,  что  подобная  дифференциация  объёма коллизионной  нормы свойственна практически всем современным правовым системам, и по мере  развития международного частного права она становится всё больше детальной.

       Как правило, объём коллизионной  нормы определяется посредством  избрания одного из институтов  гражданского права (граждане, юридические  лица, собственность и иные вещные права, договоры и их отдельные виды, внедоговорные обязательства, наследование и т.д.), семейного права (брак, опека, усыновление) и т.п. Постепенно в этой системе появляются новые правовые институты, обусловленные развитием  международного оборота, например, интеллектуальная собственность, или потребностями создания особого правового режима, например, договоры с потребителями.

        В настоящий момент в рамках  названных и достаточно крупных  правовых институтов осуществляется  дальнейшая дифференциация объёма коллизионных норм, особенно применительно к тем из них, которые содержат разнородные субинституты. Становится понятно, что для многочисленных субинститутов интеллектуальной собственности не может быть введена единая коллизионная привязка, а наследование движимого и недвижимого имущества должно быть подчинено разным правопорядкам с учётом места нахождения имущества.

        Однако иногда оправданна дифференциация  объёма коллизионных норм и  в рамках как сравнительно  узких институтов, в частности  отдельных договоров. Иллюстрацией может служить  договор  перевозки, который в международном сообщении исполняется на территории нескольких стран и требует применения для процедур отправления и прибытия норм транспортного права соответствующих стран, хотя существо самого договора может подчиняться праву и иной  страны.

        Вторым  основным  элементом   коллизионной нормы (как  было  указанно вы-ше) является привязка, указывающая право какой страны  подлежит  применению  к рассматриваемому правоотношению или их группе. Это наиболее важный элемент коллизионной нормы, ибо применимое право определяет конечные результаты правового регулирования. А так как регламентация одних и тех же правоотношений во многих государствах различна, то от того какая правовая оценка будет дана правоприменителем зависит исход дела. Приведём пример. Встречаются случаи, когда на территории государства заключают договор, скажем, о совместной  хозяйственной  деятельности  гражданин этого государства и гражданин другого. Предположим, что гражданин другого государства не выполняет свои обязательства. Гражданин государства на чьей территории был заключён договор подаёт исковое заявление в суд. В результате рассмотрения дела выясняется, что по закону государства, где проживает ответчик, не выполнивший обязательства по договору, он ещё не достиг возраста правовой дееспособности. Следовательно, вопрос о действительности договора может быть решён по-разному.

        Формулирование коллизионной привязки  осуществляется в двух формах. Воз- можно указание в качестве применимого права на право определённой страны. Таковым обычно является право страны, в которой принята данная коллизионная норма. Но возможно и указание общего признака, на основании которого определяется применимое право. Такие общие признаки сводятся к 6 формулам прикрепления (данное название иногда используется в юридической литературе, обозначая коллизионную привязку), имеющим краткие латинские обозначения: а) личный закон участников отношений  (закон гражданства, закон национальности юридического лица, закон местожительства или местонахождения) - lex personalis; б) закон места нахождения имущества - lex rei sitate; в) закон места совершения акта (правомерного - при сделках, неправомерного - при деликтах) - lex loci actus; г) закон места осуществления деятельности - lex loci activitis; д) закон суда (арбитража), разрешающего спор, - lex fori; е) закон, с которым данное отношение наиболее тесно связано, - lex causae. Встречаются также и некоторые другие формулы прикрепления, например закон валюты долга, закон флага, закон заключения брака и т.д. Однако такие специальные привязки не меняют общей картины.

       Вышеназванные формулы прикрепления  так или иначе учитывают юридическую  и фактическую связь соответствующих  отношений с правом страны, которое будет применяться к ним. Правда, встречаются случаи неоправданного подчинения отношений с иностранным элементом нормам собственного права, что объясняется стремлением расширить рамки применения своего права и облегчить деятельность и защиту прав собственных юридических и физических лиц.

        Привязка коллизионной нормы  не может быть произвольной  и в решающей степени зависит  от содержания её объёма. Между  этими элементами существуют  определённые связи, о чём свидетельствует всё более широкое признание целесообразности обращения к коллизионной формуле, которая отсылает  к праву страны, с которым данное отношение наиболее близко связанно.

        Некоторые коллизионные привязки  могут использоваться только  для оп-ределённых групп отношений.  Например, личный закон пригоден для определения правового статута субъектов международного частного права, а закон  нахождения вещи - для вещных прав на имущество, закон места совершения акта - для правоотношений, которые возникают в силу такого акта.

       К  числу коллизионных привязок иногда относят так называемую автономию воли, в силу которой отношение может быть подчинено праву, избранному участниками этого отношения.⁶ Однако такое отожествление схожих, но в то же время различных правовых институтов не представляется правильным. Автономия воли не вид коллизионной привязки, а самостоятельный институт международного частного права, имеющий более широкое значение и специфические черты и условия применения. Автономия воли, это скорее своеобразная правовая предпосылка для определения коллизионной привязки и способ её фиксации.

       Долгое время в  юридической  литературе преобладало мнение, что в структуре коллизионной  нормы выделяются лишь два  элемента - объём и привязка, однако  в последние годы получила  распространение точка зрения, согласно которой в структуре коллизионной нормы может быть выделена ещё и гипотеза, под которой понимаются условия применения данной коллизионной нормы.⁷

       Гипотеза заложена практически  в каждой коллизионной норме,  так как она  логически необходима для применения любого нормативного предписания. Но в связи с тем, что во многих случаях такая гипотеза очевидна или же является частью объёма коллизионной нормы - в особом словесном её выделении нет необходимости. Однако по мере совершенствования гражданско-правовых связей и развития коллизионного права  в интересах достижения более точных и гибких правовых решений возникает необходимость специально отразить в коллизионной норме условия её применения.

       Примером может послужить статья 8 Гаагской Конвенции о праве, примени-мом к договорам международной купли - продажи товаров от 22 декабря 1986 года, предназначенная для замены Гаагской Конвенции от 15 июня 1955 года.⁸ Согласно этой статье к договору купли-продажи, поскольку стороны не избрали право, применяется право страны, где на момент заключения договоров продавец имел место своей деятельности, при условии что: а) переговоры велись и договор был заключён в присутствии  сторон в этой стране, или б) договор прямо предусматривает, что продавец должен выполнить своё обязательство поставить товар этой стране, или в) договор был заключён в основном на условиях покупателя и в ответ на предложение покупателя к третьим лицам назначить цену.

        Таким образом  в приведённых  коллизионных нормах налицо наличие специальных условий их применения, которые и образуют гипотезу нормы.  

       Из вышеизложенного следует, что  коллизионная норма обладает  таким составным элементом классической (логической) нормы права, как гипотеза, которая может представлять собой: а) специально сформулированные законодателем условия применения коллизионной нормы; б) предусмотренную законодателем возможность выбора применимого права сторонами, ограничивающую действие коллизионной нормы в таких случаях (принцип автономии воли сторон); в) универсальное условие применения коллизионной нормы – наличие в частном правоотношении иностранного элемента.

         Остаётся открытым вопрос о  наличии санкции  в  коллизионной  норме.  В отечественной юридической литературе этот вопрос освещается крайне редко. Особый интерес вызывает позиция видного российского учёного О.Н.Садикова, в которой утверждается, что санкция коллизионной нормы представляет собой предусмотренную гражданско-правовым законом возможность признания сделки недействительной, приведения сторон в первоначальное положение, возмещение убытков и т.п. ⁹ Данная точка зрения представляется достаточно спорной.

        Дело в том, что коллизионная  норма, целью которой является  указание на правовую систему  подлежащую применению, адресована не сторонам этого гражданско-правового отношения, а непосредственно правоприменителю. Следовательно, такие гражданско-правовые санкции, как признание сделки недействительной, возмещение убытков и т.д. не могут являться последствиями нарушения коллизионной нормы, в силу того, что норма не адресована собственно сторонам правоотношения.  Стороны не могут нарушить коллизионную норму, поэтому последствия её нарушения не должны ложиться на них. В этом смысле нарушить коллизионную норму может только суд, в случае не применения или неправильного применения норм материального права при вопросе о выборе правовой системы подлежащей применению в данном правоотношении. Поэтому на наш взгляд, санкцию  коллизионной нормы следует сформулировать лишь как возможность отмены судебного решения в случае её несоблюдения. 

       В настоящее время в современной  правовой доктрине появилась  позиция предполагающая наличие  в структуре коллизионной нормы  диспозиции правовой нормы. Диспозиция коллизионной нормы представляется как правило поведения для правоприменительного органа, непосредственно формулируемое законом и указывающее на применимую к конкретному частноправовому отношению правовую систему. Причём само правило поведения по мнению автора состоит из двух органически взаимосвязанных частей: объёма и привязки.¹⁰

       Таким образом предлагается изменить  традиционный взгляд долго бытовавший  в юридической литературе на  коллизионную норму как на  сугубо специфическое явление, не обладающее признаками и структурой обычной нормы права.

       Исходя из вышеизложенного становится  очевидно, что структура коллизионной  нормы международного частного  права, на современном этапе  претерпела достаточно большие изменения. Если в советской правовой доктрине преобладало мнение о двучленном строении коллизионной нормы (объёма и привязки), то в настоящий момент всё больше учёных  склоняются к тому, что необходимо выделить отдельный третий элемент – гипотезу коллизионной нормы, под которой понимаются  условия, при наличии которых данная коллизионная норма подлежит применению.