Концепция глобальных городов

     Второе  отличие — намного более сильный  акцент на конкуренции и конкурентоспособности, чем в конструкте глобального  города-региона. В моем понимании скорее сама природа ведущих отраслей в глобальных городах усиливает значение международных сетей и специализированного разделения функций между городами в разных странах и/или регионах, чем международная конкуренция per se. В том, что касается глобальных финансовых и ведущих специализированных услуг, оказываемых глобальным фирмам и рынкам — правовых, бухгалтерских, аудиторских, телекоммуникационных, несомненно, мы имеем дело с международной системой, проникшей в ряд городов, во всевозможные сферы различных стран. Это de facto глобальная система.

     Отрасли, которые способны доминировать в  глобальных городах-регионах, с другой стороны, менее приспособлены к  объединению в сеть. Например, в  случае крупных промышленных комплексов связь с государством усиливается, и зачастую усиление ориентации на потребительские рынки выдвигает на первый план проблему качества, цен и возможности замещения. Следовательно, конкуренция и конкурентоспособность, скорее всего, будут значительно более заметны. Более того, когда существует значительное офшорное производство и в этом смысле международное разделение труда, как, например, в автомобильной промышленности, эта интернационализация будет приобретать форму производственной цепочки данной фирмы. Постольку поскольку большинство фирм по-прежнему имеют центральные головные структуры, связанные с определенным регионом и страной, проблема конкуренции, по всей вероятности, будет заметной и, что очень важно, локализованной — например, США против японских автомобилестроителей.

     Наконец, проблема конкурентоспособности региона глубоко укоренена в его инфраструктуре. В определенной степени она также является важнейшей переменной в случае глобального города, но это, наверное, значительно более специализированный тип инфраструктуры. Региональный масштаб выдвигает на первый план проблемы общественного транспорта, строительства дорог и других сходных аспектов, которые в известной степени не касаются глобального города. И вновь это показывает, до какой степени сосредоточение внимания на регионе предполагает более благосклонную оценку конкурентоспособности в глобальной экономике. Напротив, сосредоточение внимания на глобальном городе выдвинет на первый план растущее неравенство между высоко востребованными и сильно пострадавшими секторами и пространствами города, а следовательно, и вопросы власти и неравенства. Сосредоточение внимания на региональной инфраструктуре в большей степени будет связано с разбором потребностей среднего класса.

     Третье  различие, связанное с предыдущим, заключается в том, что сосредоточение внимания на сетевой международной динамике в глобальных городах позволяет нам с легкостью зафиксировать растущую интенсивность таких трансакций в других областях — политической, культурной, социальной, криминальной. Теперь у нас есть свидетельства увеличения международных трансакций между сообществами иммигрантов и сообществами коренных жителей и усиления интенсивности использования этих сетей после их создания, включая экономическую деятельность, которая до настоящего времени была маловероятной. У нас также есть свидетельства увеличения международных культурных сетей (рост международных рынков искусства и международного класса кураторов), международных неформальных политических сетей активистов-экологов, борцов за права человека и т. д. Они в значительной степени являются международными межгородскими сетями. То же самое можно сказать и о новых международных криминальных сетях. В региональном масштабе нелегко распознать существование таких сетей между различными регионами. Более вероятно, что переход от одного определенного сообщества в регионе к другому особому сообществу в другом регионе нейтрализует значение региона как такового.

     4) Возможно, стоит выделить подход, хотя это все же другой случай  дифференцирования, согласно которому  недопустимо использовать понятие глобального города для описания такого города, как Лондон, поскольку в более ранние эпохи он был куда более международным, чем сегодня. В своем наиболее крайнем проявлении эта критика отвергает своеобразие концепции, доказывая либо то, что глобального города не существует, либо то, что в ней нет ничего нового, поскольку Лондон и Нью-Йорк давным-давно были международными центрами, или, если хотите, сегодня они стали менее международными, чем были в прошлом.

     Наиболее  показательным является случай Лондона. Действительно, можно считать, что в 1990-х гг. он имеет значительно меньшее глобальное влияние, чем в эпоху Британской империи. Отвечая на такую критику, следует подчеркнуть, что в предшествующий период национальное государство боролось за превосходство, а международные экономические потоки имели место в рамках системы межгосударственных отношений. Именно в этом контексте следует рассматривать возникновение глобальных городов.

     Сеть  глобального города — одна из основных особенностей организационной архитектуры на данном этапе.

      Заключение 

     Глобальный  город представляет собой стратегическое пространство, в котором глобальные процессы происходят на территории государства, а глобальная динамика преодолевает государственные институциональные  меры. В этом смысле модель отвергает представление о том, что глобальная экономика и национальная экономика являются взаимоисключающими. Основная задача модели заключается в том, чтобы представить экономическую глобализацию не просто как потоки капитала, но и как работу по координированию, управлению и обслуживанию этих потоков, а также как работу по обслуживанию разнообразной деятельности фирм и рынков, функционирующих более чем в одной стране. Это также означает, что глобализация не является чем-то экзогенным. Отчасти она исходит изнутри национальных корпоративных структур и элит, динамики, рассматриваемой мной в качестве начала процесса денационализации. Существуют места, где глобальные процессы действительно переживаются как вторжение извне, но глобальный город — это именно то место, где глобальные процессы могут активизироваться изнутри страны при участии определенных национальных сил. Глобальный город предлагает эндогенный ключ к динамике и условиям существования глобальной экономики.

     Методологически это означает, что глобализацию также можно изучать при помощи обстоятельных социологических и антропологических исследований процессов, протекающих в городах. Для меня это означает необходимость пройти от самого верха до самого низа в стремлении охватить все разнообразие технологических процессов, работы культуры, инфраструктуры и т.д., как частичной возможности глобального контроля, сконцентрированной в городах, возможности, которая является одной из особенностей глобальной экономической системы.

      Список источников: 

1. http://www.urban-club.ru/?p=77
2. http://www.globalization.su/planet_in_changes/econom/content/1221117513.html
3. http://demoscope.ru/weekly/2008/0343/analit01.php